В статье оценивается, насколько действующая в Центральной Азии система противодей-ствия терроризму отвечает изменениям угроз, проявившимся после 2021 года. В центре анализа находятся четыре механизма риска: трансграничное влияние афганской нестабильности, сетевое вовлечение, распространение пропаганды в цифровой среде и возвращение граждан из зон конфликтов. Они сопоставляются с пятью функциями государственных и общественных институтов: выявлением угроз, межведомственной координацией, профилактикой, реабилита-цией и оценкой результатов. Исследование проведено в форме структурированного обзора и сравнительного анализа 61 открытого научного и институционального источника, опубликован-ного в 2005-2026 годах; основную часть выборки составили материалы 2021-2026 годов. Сведения кодировались по единой аналитической схеме, а выводы уточнялись путем сопоставления научных работ, правовых актов и отчетов международных организаций. Анализ показывает, что редкие зарегистрированные атаки сами по себе не свидетельствуют о низкой уязвимости региона. После 2021 года заметнее стали риски, связанные с внешними сетями, дистанционной коммуникацией, мобильностью и подготовкой операций за пределами страны гражданства. При этом правовые и координационные механизмы менялись быстрее, чем оценка профилактических программ, межсекторная реинтеграция и развитие правовых гарантий. Научная новизна исследования заключается в оценке соответствия между конкретными механизмами угрозы и функциями институционального ответа. Предложенная матрица позволяет отделить наличие меры от подтвержденного результата ее применения.