Статья анализирует формирование стратегической автономии Центральной Азии в 2018-2025 годах через региональную институционализацию, водно-энергетическую взаимозависи-мость, урегулирование границ и диверсификацию внешних связей. Исследовательский вопрос касается условий, при которых ресурсная асимметрия затрудняет сотрудничество либо создает пространство для соглашения. Дизайн объединяет структурированное сфокусированное сравне-ние и отслеживание процессов. Эмпирическую основу составляют четыре эпизода: Консуль-тативные встречи глав государств Центральной Азии, проект Камбарата-1, кыргызско-таджикский пограничный договор и расширение внешних партнерств после 2022 года. Официальные документы и рецензируемые публикации сопоставлены по устойчивости решений, глубине координации, распределению издержек и выгод, а также наличию альтернатив концентрированной зависимости. Консультативный формат приобрел процедурную устойчивость при сохранении межгосударственного характера. Материалы по воде, энергетике и границе показывают, что последствия асимметрии зависят от институциональных условий. Непрозрачность информации, слабая компенсация и односторонний контроль поддерживают недоверие; взаимодополняемые интересы и совместное исполнение повышают вероятность соглашения. Геополитические изменения после 2022 года ускорили координацию, опираясь на ранее сложившиеся внутренние предпосылки. В статье стратегическая автономия определяется как институциональная способность расширять коллективный выбор и управлять взаимозависи-мостью. АСЕАН используется как ограниченный сравнительный ориентир, а не организа-ционная модель для Центральной Азии.